Как богиня забрала мой первый раз. Том 1 - Kimiko

им стало легче? У Леи исчез соперник, Милли могла не работать на десятерых, а Аббадон получила долгожданную свободу. И обрадуются ли они, снова увидев меня? Наверное, да. Если так, то Лея сразу заявит о моём положении, а Аббадон подлетит ближе, чтобы сражать моих врагов.

Приехав на главную арену юга, я добровольно надел оковы из багряной стали, чтобы не выделяться. С другими рабами особо не разговаривал, понимая, что это ни к чему. Их я спасти не сумею, а привязаться не хочется. Многие из них — отличные парни, не смотря на всё происходящее. Ну, по крайней мере те, кто сражались магией. Видал я бойцов на мечах — то ещё зрелище. Часть из них тоже ко мне примкнула из рабов Колетт.

Молчаливые громилы, все в шрамах, с ранениями, которым не суждено зажить. Было. Ведь каждому из них я подарил чудесное исцеление, прекрасно зная, что это укрепит их верность дому Сэйвер. Ладно, нужно собраться перед боем, а не сильнее себя накручивать и думать о былом.

— Нам сказали, тебя нужно остерегаться, — ко мне повернулся парнишка лет восемнадцати. Веснушчатое лицо, светлые волосы, щербинка в зубах. А кандалы не на шее или руках, а на ногах. — Что ты за зверь такой? Говорят, ты одним пальцем убиваешь целую сотню магов.

— Слухи явно преувеличены, — я провёл потной ладонью по волосам. — Я вообще не хочу никаких смертей, так что не убиваю. Просто увлёкся тренировками и урона чуть больше. Но я не проиграю сегодня, извините.

— А зачем тебе? — с ухмылкой спросил ещё один раб, закованный по самые уши. — Говорят, ты так впечатлил Прим Леон, что она узнавала о тебе.

— И откуда вы всё это знаете? — я ошалело хлопал глазами. — Впервые подобное слышу! А победить мне нужно… чтобы кое-кого впечатлить. Сражайтесь, братья, но будьте готовы, что победителем буду я.

— Смелое заявление! — рассмеялись практически все рабы, находившиеся со мной в одном бараке. — Сравнил член с пальцем! Здесь высшая лига! Ниже 500-го уровня не берут даже!

— У моей подруги был, кажется, 1600 какой-то, когда мой едва зашёл за сотый. И я спокойно её побеждал, — я опустил голову, глядя на свои руки. — Что бывает за проигрыш здесь?

— Ничего, ведь победит лишь один, — хмыкнул тот, что весь в цепях. — Но за победу даруют свободу. Так что тебе придётся ой как постараться!

— Свобода мне не нужна, — только ответил я, слыша, что уже начинаются бои. — Значит, возьму второе место. Если получится.

— Смешной ты парень! — тот с щербинкой стукнул меня по плечу, смеясь. — Ну, ребята, скоро начнём. Ни цепи, ни кнута!

— Ни цепи, ни кнута! — подхватили остальные, а я только выдавил из себя улыбку. Хорошо хоть атмосфера тут дружелюбная, что вообще очень удивительно для бойцовых рабов.

Но, стоило начаться боям, как всё переменилось. Вот они все были друзьями, знающими друг друга много лет, а вот, узнав списки, готовы были поубивать друзей. Причём перемены были такими резкими, что я не успевал за ними. Ещё и мой первый бой должен был идти практически в самом начале. Сказать, что это расстраивало — ничего не сказать. Я-то грезил, как всё прекрасно будет, что я в конце выйду, поражу всех.

Вообще, начать стоит с того, что это бои на выбывание. Начинают с распределения по парам, в которых останется только один. Каждого оставшегося из чётной и нечётной пары ставят друг против друга. И так, пока не останется только один. Ну что ж… сражать не против толпы, а значит — я справлюсь. Ну и сразу увижу, есть ли на трибунах Лея и остальные девчонки. Только вот придумать бы что-то, чтобы они меня не узнали…

— Эй, парень, — обратился я к первому выбывшему, что устало приплёлся в бараки. — Что это за шлем у тебя такой?

— Отец сковал его, — грустно растянул губы ещё совсем мальчишка. — До того, как меня забрали в рабство, ведь у семьи не было монет для оплаты налога.

— Ты не одолжишь его мне? Обещаю, что мои друзья выкупят тебя за это и вернут в семью.

— Какие-то ты даёшь обещания, которые не в силах воплотить, — покачал головой парнишка, но шлем мне всё-таки протянул. — Если что, меня зовут Жук. Боже, как стыдно быть первым выбывшим.

— Кому-то бы пришлось им быть, — забирая шлем, попытался подбодрить парня я. — А меня зови Алхимик. Так, как его надевать? Поможешь? А то у меня уже вот-вот бой будет.

И через пару минут я стоял перед выходом на арену, чувствуя, как сердце грохочет внутри. Кажется, что сердце периодически пропускало удар, стуча где-то в ушах. Вот он миг, которого я ждал и ради которого тренировался. За эти дни в роли лорда Сэйвера, я сумел привыкнуть к Порыву, сумел прокачать необходимые мелкие скилы и даже вспомнил о сфере призыва. Правда, ни одного фамильяра не нашлось, зато Рин посоветовал в критических ситуациях всё-таки палить из всех оружий, включая неизвестные.

Ладно, я был готов. Начнём?

— Бой номер четыре! — вскрикнул ведущий, и все зрители на трибунах взревели. Я бегло их оглядел, замечая множество рас. Прикольно, выходит, все они тоже могут быть среди знати. — На арене мы встречаем грозу прошлой Золотой, или как её называют сейчас, Львиной арены! Ворон дошёл до финала, так что будет очень интересно понаблюдать за ним в бою!

Я перевёл взгляд на соперника. Тощий, с тёмными длинными волосами, равнодушным взглядом и странной аурой. Я не был медиумом, но с другой стороны арены чувствовал эту жуткую энергию. Чёрт, а парни из барака были правы, я понятия не имел, куда попал!

— С другой стороны арены — Алхимик. Восходящая, я бы сказал, воспарящая звезда боёв! — вскрикнул ведущий, а я даже не сразу сообразил, о ком он вообще. — В прошлом бою он настолько зарекомендовал себя, что его приняли на Львиную арену, не взирая на правила. Обычно, рабы должны одержать минимум десять побед в разных аренах юга. Но Алхимик… Боец, не проигравший не единой битвы!

Толпа, понятное дело, болела за Ворона. Его они знали, а я был непонятной выскочкой. Но скоро мы всё это исправим,